Персидские приключения: княжна за бортом, казак на троне, горе от алмаза и третья мировая война
© РИА Новости / Юрий Сомов
Персидские приключения: княжна за бортом, казак на троне, горе от алмаза и третья мировая война
Ситуация в нынешнем Иране – это источник важных, как модно говорить, трендовых новостей на мировой политической арене. Вероломная агрессия США и Израиля (и тут еще бабушка надвое сказала, кто из них ведущий, а кто ведомый) наскочила на серьезное сопротивление Тегерана. Военная кампания, почему-то видевшаяся из Вашингтона как загородный пикник с восточными сладостями на десерт, затягивается и вносит нервозность в и без того не самую стабильную, пугающую апокалиптическими красками международную обстановку.
Старт главных неприятностей человечества
Некоторые авторитетные мыслители и вовсе считают, что главные неприятности человечества не где-то там в страшноватом будущем, мы их наблюдаем уже сейчас. Причем именно в Иране.
"Бомбежки авиацией США ядерных объектов Ирана, базы обогащения атома в комплексе Фордо – это начало третьей мировой войны. Ядерное оружие больше никого не останавливает, а нанесение ударов по атомным объектам, по сути, санкционировано как Израилем, не получившим решительного отпора на международном уровне, так теперь еще и США. Так много перейдено красных линий, что уже непонятно, остались ли еще какие-то не перейденные", – пишет видный отечественный философ Александр Дугин.
Действительно, долгое время безбашенное человечество, если чего-то действительно и опасалось, так это ядерной войны. Инъекции Хиросимы и Нагасаки хватило на относительно долгое время, она дисциплинировала, сдерживала, охлаждала не в меру горячих политиков и военных в пиковых ситуациях. Но теперь вакцина, похоже, выветрилась, до нажатия кнопок "пуск" ядерных ракет, слава Господу, не дошло, но об этом стали говорить спокойно, будто обсуждая футбольный матч.
"Атомный купол" в Хиросиме – закрытый для посещений объект Всемирного наследия ЮНЕСКО, ставший символом ядерной катастрофы
© РИА Новости / Ксения Нака
Правда, и начало третьей мировой теперь легко объявляется, при всяком более-менее подходящем случае. Заметим для точности, делается это различными экспертами, политологами, журналистами, пока еще не руководителями ядерных держав. Но и это несколько напрягает. В качестве площадки для начала небывалой войны уже фигурировала Украина, теперь вот Ближний Восток, в который уже раз…
Впрочем, все эти высоколобые рассуждения давайте на время оставим специалистам в области геополитики, разнокалиберным международникам, а страхи – досужим обывателям. Все сказанное выше необходимо для правильного понимания, что за важная точка на карте этот Иран – самобытная 2500-летняя цивилизация, помноженная на огромные запасы нефти, газа, передовые технологии и ядерные претензии. Это вам не шуточки! Удивительно и странно, что на планете не все это понимают.
Невезучая ясырка и атаман-полукровка
История взаимоотношений России с Ираном, точнее, конечно же, с Персией – так эта территория называлась до 1935 года, надо доложить, длинная и отнюдь не самая гладкая. Периодов сотрудничества или хотя бы мирного сосуществования наших народов в ней куда меньше, чем столкновений, конфликтов, полномасштабных войн. Все дело в трении интересов, дележе сфер влияния на Каспии, на Кавказе.
Понятное дело, как только доходило до бряцания оружием, а тем более до открытого противостояния, без казаков в таком деле никак не обходилось. Складывались военные кампания по-разному, но в любом случае при дуване, в смысле дележе трофеев, персидские товары, драгоценности, золото и ясырки (захваченные в плен женщины) пользовались у казаков заслуженным спросом и известным уважением.
Чего там говорить, если одним из самых узнаваемых образов казачьего эпоса, филигранно вписанным в песни, а когда пришло время, растиражированным кинематографом, стал атаман Степан Разин, хладнокровно швыряющий за борт персидскую княжну. И ведь повод-то, казалось бы, пустяковый. Разин услышал ропот казаков, дескать, "нас на бабy пpоменял, только ночь с ней пpовожжался, сам на yтpо бабой стал". Во избежание "pаздоpа междy вольными людьми" донской казак отдал восточную красавицу в подарок Волге. Та приняла, хотя и вряд ли оценила подношение по достоинству.
С подачи голландского путешественника Яна Стрёйса, издавшего в 1676 году в Амстердаме книгу о своих невероятных приключения в диких землях, в том числе о встрече с безудержным атаманом Разиным, случай с персидской княжной приобрел европейское звучание. Причем западный авантюрист описывал ситуацию просто-таки как свидетель, сочными мазками и не жалея эпитетов:
"Разин пребывал на судне с тем, чтобы повеселиться, пил, бражничал и неистовствовал со своими старшинами. При нем была персидская княжна, которую он похитил вместе с ее братом. Он подарил юношу господину Прозоровскому, а княжну принудил стать своей любовницей. Придя в неистовство и запьянев, он совершил следующую необдуманную жестокость и, обратившись к Волге, сказал: "Ты прекрасна, река, от тебя получил я много золота, серебра и драгоценностей, ты отец и мать моей чести, славы, и тьфу на меня за то, что я до сих пор не принес ничего в жертву тебе. Ну хорошо, я не хочу быть неблагодарным!" Вслед за тем схватил он несчастную княжну одной рукой за шею, другой за ноги и бросил в реку. На ней были одежды, затканные золотом и серебром, и она была убрана жемчугом, алмазами и другими драгоценными камнями, как королева. Она была весьма красивой и привлекательной девушкой, нравилась ему и во всем пришлась по нраву. Она тоже полюбила его из страха перед его жестокостью, и чтобы забыть свое горе, а все-таки должна была погибнуть таким ужасным и неслыханным образом от этого бешеного зверя".
Степан Разин выбрасывает персидскую княжну в Волгу. Иллюстрация из книги Яна Стрёйса "Три достопамятных и исполненных многих превратностей путешествия по Италии, Греции, Лифляндии, Московии, Татарии, Мидии, Персии, Ост-Индии, Японии и различным другим странам", 1681 год
© Общественное достояние
Цитата приведена по книге Стрёйса "Три достопамятных и исполненных многих превратностей путешествия по Италии, Греции, Лифляндии, Московии, Татарии, Мидии, Персии, Ост-Индии, Японии и различным другим странам", перевод которой был издан в Москве в 1935 году.
Рассказ голландца, вне всякого сомнения, отправился в копилочку западноевропейских пропагандистов, давно и старательного проталкивающих в коридоры общественного сознания негативный образ русских людей в целом и казаков в частности как рафинированного, в чем-то даже гротескного их воплощения. Казакам на это, впрочем, было – плюнуть и растереть. Всему русскому народу тоже. Более того, время от времени русофобская пропаганда Западной Европы работала в пользу русского оружия.
Но речь сейчас не о том, а о персидской княжне. Которой, скорее всего, в реальности никогда не было. Во всяком случае это точно не какая-то историческая персона. Разве что собирательный образ ясырки, взятой казаками в очередном походе за зипунами с совершенно конкретной целью.
В конце концов, сам Степан Разин, по легенде, сын пленной турчанки и казака. То есть тума – полукровка, метис. Полет фантазии современного писателя Захара Прилепина теперь-то уж накрепко вогнал эту совершенно не подтвержденную историческими документами версию в общественное сознание. Спасибо книге "Тума".
Но обратите внимание на главное: и в записках голландца Стрёйса, и в народных балладах княжна указана не какая-то, а именно персидская. Могла же быть турчанка, нагайка, татарка, армянка, иудейка, да мало ли еще кто. Но сито истории жестко отсеяло все варианты, донеся до наших времен именно персиянку, с кончиной столь жестокой, что сложно найти в этом предании сколько-нибудь симпатии казаков к Персии.
Афиша фильма "Сенька Разин", снятого в Ярославле синематографической фабрикой Григория Либкена, 1914 год. Эпизод с княжной акцентированно вынесен в правый верхний угол
© Общественное достояние
Собственно тот же Ян Стрёйс, буквально на одной странице с описанием последнего полета княжны в волжские воды, сам того не желая, приводит гораздо более ценные для понимания исторического момента данные. Он перечисляет города Персии, захваченные казаками Разина: Низабат, Шаберан, Мардов, Такуз, Астрабат, Баку. В последнем, кроме всего прочего, если верить Стрёйсу, вольные, хотя и лихие, донские люди "нашли много хорошего вина, которое поделили между собой и начали весело пить".
Тут уж ничего не попишешь, поход за зипунами – дело фартовое, он кислых не любит.
Могучая казачья записка
Из многовековых русско-персидских отношений можно было бы настричь огромное число эпизодов, подтверждающих как минимум противоречивое, а как максимум мало похожее на дружбу соседство народов. Одна только резня в нашем посольстве в Тегеране в 1829 году, жертвой которой пал писатель и дипломат Александр Грибоедов, чего стоит. Уж это просто ни в какие ворота не лезет – циничное и зверское убийство посла. Хотя потом персидский шах извинялся, расплатился с русским императором за Грибоедова уникальным алмазом. Но глубинной сути дела это не меняет.
Случай же с княжной и Разиным, мифический, песенный, кинематографичный, он ведь просто очень ярок. В народной памяти так навсегда и останется символом традиционных и самых вычурных разборок русских с персами. И наоборот тоже – персов с русскими. Вот только о смерти Грибоедова песен не поют почему-то.
Тем ценнее на этом фоне смотрятся эпизоды конструктивные, среди которых особняком возвышается пример Персидской казачьей бригады. Это явление настолько красиво в своей парадоксальности, что даже сегодня, через 100 с лишним лет после отправки его в недра архивов, не перестаешь удивляться, как такое вообще было возможно?
Уникальное казачье подразделение существовало с 1 июля 1879 года по 19 октября 1920 года. Отправной точкой для бригады, преобразованной в 1916 году в дивизию, послужил визит в 1878 году главы Персии Насер ад-Дин, шаха из династии Каджаров, в российские владения на Кавказе. В Эривани (сегодня нам этот город известен как Ереван) он увидел джигитовку казаков, и жизнь восточного правителя уже никогда не могла стать прежней.
Шах заболел идеей заполучить в свою страну виртуозных мастеров в роли военных инструкторов. И создать у себя хотя бы одно, зато действительно казачье подразделение.
Внезапный, казалось бы, геополитический зигзаг мгновенно по достоинству оценил кавказский наместник великий князь Михаил Николаевич. Седьмой ребенок и четвертый сын императора Николая I прекрасно понимал возможности казаков, недаром много позже он был объявлен вечным шефом 1-го Кубанского казачьего полка, 1-го Кубанского пластунского батальона и 1-й Кубанской казачьей батареи.
В случае же с персидским шахом великий князь показал себя тонким политиком. Действительно, грех было не воспользоваться таким случаем для создания крепкого рычага влияния на стратегически важный регион, для формирования на территории Персии русской военной базы и для совершенно легального ввода в страну нашей резидентуры.
Главные враги Российский империи в тех краях, а именно англичане, да и австрийцы тоже, были в шоке от подобного поворота. Зато действующий русский император Александр II потирал руки от удовольствия, проект он одобрил, Персидская казачья дивизия получила всемерную поддержку.
Портал "Российское казачество" уже рассказывал, и довольно подробно, об удивительном казачьем формировании и его непростой истории. Теперь же пришла пора сделать акцент на одном воспитаннике нашей дивизии в Персии. Тем более эту персону, надо же такому произойти, вполне уместно вспоминать и в свете нынешних тревожных реалий.
В дивизии были русские офицеры и урядники, но рядовой состав набирался в том числе из местного населения. Получился ни на что не похожий русско-персидский микст. Казачья форма с персидскими знаками различия, а иной раз и с орденами – это уже само по себе диковина. Но, понятно, куда важнее не форма, а содержание – взаимное обогащение военных культур, обоюдовыгодное сотрудничество.
Среди прочих казаков персидского пошиба объявился совсем юный Реза-хан, позже прославившийся под прозвищем Пехлеви. Служить он начал с 16 лет, некоторые источники полагают, что с 14. Первый вариант все же выглядит более реалистичным. Исходя из этого, казачья жизнь Резы началась где-то в промежутке между 1892 и 1894 годами. Служил он, судя по всему, исправно. Входил в пулеметную команду и был вполне приличным стрелком.
Казак Реза и его пулеметная команда
© Общественное достояние
Конкурентным преимуществом казака Резы была его полилингвальность. Он говорил на мазандеранском диалекте, фарси, тюркском (азербайджанском), русском. Возможно, языками он владел и не столь идеально, да и вообще, скорее всего, был самородком, но не продуктом изысканного образования (на это рассчитывать, оставшись без отца в младенческом возрасте, было сложно), но коммуницировать у него получалось очень успешно. Отсюда и логичное продвижение по карьерной лестнице.
"В городе Реште я случайно познакомился с полковником Персидской казачьей бригады Реза-ханом. Он по-русски говорил лучше меня, чему, узнав, что я из Дагестана, не удивился. Я ему понравился, и он в мою записную книжку что-то по-персидски написал, и сказал: "Если вам в Персии понадобится какая-либо помощь – дайте прочесть это", – фрагмент воспоминаний офицера отряда особого назначения в Персии Аслан-бека Эллису, датированные 1918 годом, были опубликованы казачьим эмигрантским журналом "Сполох" (Австралия), откуда перекочевали в эмигрантский же журнал "Часовой", издававшийся сначала в Париже, а потом в Брюсселе с 1919 по 1988 год.
Эта заметка позволяет нам с уверенностью сказать, что, во-первых, Реза-хан говорил по-русски не хуже иных офицеров российской армии, особенно уроженцев Дагестана. Во-вторых, в 1918 году он был полковником. Забегая вперед, скажем, что дослужился и до генеральского звания, прежде чем выскочить на качественно новый уровень своей карьеры. В-третьих, Реза-хан в Персии был настолько авторитетной фигурой, что одна только его рукописная просьба открывала все двери.
По свидетельству того же Аслан-бека Эллису, записка Резы-хана помогла вывезти из Персии на Кавказ группу русских полковником и генералов, занесенных в экзотическую страну ветрами Первой мировой войны. К тому моменту в России как раз полыхала Гражданская война, и как сложилась судьба этих людей по возвращении – это другой вопрос. Но во всяком случае они захотели вернуться и, с подачи казачьего полковника Резы, вернулись.
Застигнутый в Персии российскими революционными событиями великий князь Дмитрий Павлович, кузен царя Николай II, спортсмен-олимпиец и неумолимый враг Григория Распутина, домой ехать не рискнул, предпочел отправиться в Англию. Так вот, заполучить закрытую карету, чтобы вельможа сумел добраться до британской миссии в Тегеране, исхитрился все тот же Аслан-бек Эллису, снова-таки по записке Резы-хана.
Реза-хан, казачий офицер и восходящая звезда персидской политики
© Общественное достояние
"В Югославии получал я письма из Персии от моего кунака – перса Махнут-хана, окончившего кадетский корпус при Персидской казачьей дивизии (он был в чине подполковника). Вторая мировая война прервала переписку и лишь в Аргентине она возобновилась, – вспоминал Аслан-бек. – Я попросил написать о судьбе Персидской казачьей дивизии, и узнал, что после удаления русских инструкторов, англичане ее расформировали".
Джигитовка на троне
Все так и произошло, в смутное время англичане своего шанса не упустили. Но исчезновение из персидских реалий казачьей дивизии вовсе не означало ухода с авансцены Резы-хана.
В 1925 году он, опираясь на поддержку своих кунаков по казачьей дивизии, совершил в стране переворот. Перепрыгнул, можно сказать, из казачьего седла прямо на трон. И где! В Персии, в стране, где монархия насчитывает 2,5 тысячи лет. Реза Пехлеви сменил на персидском троне Ахмед-шаха Каджара.
Чтобы не было иллюзии, дескать, случилось все слишком легко и очень быстро, скажем, что в 1921 году, опираясь на соратников из Персидской казачьей дивизии, Реза Пехлеви с боями взял столицу страны Тегеран, пригасил закипавшие в стране волнения. Ахмад-шах Каджар назначил его военным губернатором и главнокомандующим, а затем и военным министром. В 1923 году Пехлеви уже был премьер-министром. И только тогда пришло время подумать о короне.
Династия Каджаров пала, последний ее представитель убыл за кордон в изгнание. 12 декабря 1925 года Реза-хан Пехлеви был провозглашен шахиншахом.
Конечно, это не единственный случай в истории, когда казак задумался о взятии трона силой. Но, скажем, у хрестоматийного Емельяна Пугачева, дерзко объявившего себя императором Петром III, грандиозный мятеж вышел, но до взятия власти дело и близко не дошло. Правда, он и действовал в стране куда больше и сложнее, чем Персия, и соперник в борьбе за престол был в разы серьезней – Екатерина II и ее гениальное военное и гражданское окружение. В пугачевском итоге: пленение, лютая смерть, но, правда, и прочное место в народном фольклоре.
Реза Пехлеви стал монархом вполне себе реальным – с короной, полномочиями и всевозможными атрибутами шахской власти.
Корона имперского дома Пехлеви
© РИА Новости / РИА Новости
Он даже успел несколько трансформировать страну, например, переименовав ее из Персии в Иран, теперь это название и мелькает в лентах новостей. А еще Реза-хан освободил женщин от поголовного ношения чадры: мелочь, а наглядно.
Советская историография, которая не могла не замечать событий у нашей южной границы, считала приход к власти Резы Пехлеви установлением реакционной диктатуры. Мол, все происходило в интересах феодальной аристократии, страна плясала под дудку американских и английских империалистов и не думала становиться на рельсы социалистических реформ.
Чем шахские принципы Пехлеви отличалась от позиций его предшественников из династии Каджаров? Скорее всего, особо ничем. Хотя и Каджаров в СССР воспринимали негативно, и Пехлеви, до определенного момента, тоже.
"Все депутаты Учредительного собрания также голосовали за кандидатуру Реза-хана в качестве наследственного шаха. Все это показывало, что в 1925 году была достигнута полная договоренность между отдельными участниками правящего блока и что установление диктатуры Реза-хана отвечало его интересам", – констатировал в 1954 году в автореферате к своей кандидатской диссертации "Установление реакционной диктатуры Реза-шаха Пехлеви (1921-1925 гг.)" историк Октай Меликов из Института востоковедения АН СССР.
Справедливости ради отметим, что правление основателя шахской династии Пехлеви, не слишком многолюдной, зато броской, пришлось на сложные времена. И бывший казак не смог адекватно ответить на вызовы времени, что стоило ему престола.
В 1941 году началась битва не на жизнь, а на смерть между СССР и фашистской Германией. Иран как вероятный плацдарм для немецкой агрессии вызывал беспокойство, причем не только у Москвы, но и у Лондона. Пример подобного совпадения интересов найти в истории не так уж легко.
Реза-шах допустил фатальную ошибку, сделал ставку не на тот цвет. Он отклонил предложения СССР и Великобритании о высылке из Ирана германских граждан, его страна, формально нейтральная, демонстрировала расположенность к Гитлеру. Таких ошибок история не прощает.
В ходе совместной советско-британской операции "Согласие" Иран был временно оккупирован. 15 сентября 1941 войска-союзники вошли в Тегеран и провели там совместный военный парад. Между прочим, Иран стал первой страной, на территорию которой в ходе этой глобальной военной кампании победоносно вошла Красная армия.
Реза-шах покинул страну и через 3 года скитаний умер в Йоханнесбурге (ЮАР) в 1944 году. Так была заложена еще одна традиция династии Пехлеви – находить свое последнее пристанище на чужбине. Если первый шах этой династии похоронен на юге Африки, то сменивший его на иранском престоле сын Мохаммед Реза упокоился на севере Африки – в Каире.
В 1941 году мировые державы сочли возможным сохранить в Иране власть шахского дома Пехлеви. Сын Резы за отца не слишком-то обиделся, он старательно маневрировал между главными силами планеты. Мохаммед Реза Пехлеви, став шахом своей страны (35-м и последим), объявил войну Германии.
Агитокно. Советско-иранско-британский договор наносит удар по Гитлеру, 1942 год
© Общественное достояние
Разумеется, все прекрасно помнят, что перспективы послевоенного мира закладывались в 1943 году на конференции лидеров СССР, США и Великобритании – как раз в Тегеране.
А в 1946 году попытки англичан вытолкать СССР из стратегически важного региона и претензии товарища Сталина на контроль северных территорий Ирана стали одной и важнейших причин, вызвавших Фултонскую речь Уинстона Черчилля и начало холодной войны.
Мохаммед Реза Пехлеви правил вплоть до 1979 года, когда его смела исламская революция, в корне перекроившая формат жизни Ирана. Последний шах убыл в Египет, где и помер в 1980 году. История правящей династии завершилась. Во всяком случае, прервалась.
Будьте готовы, ваше высочество!
Но с 1941 года, или хотя бы и с 1946-го, до 1979-го много воды утекло. И нефти тоже. Всеобщий интерес к Ирану, не станем кокетничать, в наибольшей степени определяется запасами этой смеси углеводородов и контролем за солидной частью их потоков.
Шах Ирана Мохаммед Реза Пехлеви, находясь у кормила власти, как мог выстраивал дипломатические отношения с разными странами, в том числе неоднократно бывал с визитами в СССР. Причем прихватывал с собой семью, что подчеркивало доверительный характер отношений с Москвой.
Принимающая сторона – по каким-то только в высоких коридорах власти сформулированным, да и то не факт, что вслух, соображениям – баловала соседнего монарха особым вниманием. Хотя, казалось бы, архаичная иранская форма правления слабо монтировалась с идеологией победившего социализма. Скажем, далеко не каждой коронованной особе посчастливилось примерить на себя реальные космические атрибуты. Шаха Пехлеви горячо и по полной программе принимали в советском Центре подготовки космонавтов, разве что на орбиту его не вывели.
Визит шахиншаха Ирана Мохаммеда Реза Пехлеви в СССР. Центр подготовки космонавтов имени Юрия Гагарина, октябрь 1972 года
© РИА Новости / Александр Моклецов
Симпатии наших людей формируются каким-то феноменальным, не всегда понятным образом. Вот и иранский шах, будь в 60–70-е годы ХХ века такое явление, как "мем", запросто вписался бы в него на нашей территории. Во всяком случае, элегантно и с некоторыми элементами шика и вызова общественном вкусу одетому человеку запросто могли сказать: "Ну ты сегодня прямо как шах Ирана". Заморский гость обряжался экзотично и по-восточному пестро.
Более того, наличие во время визитов рядом с шахом его супруги Фарах, изысканно и совершенно по-европейски выглядевшей женщины, привнесло в наш лексикон словечко "шахиня". Употреблялось оно применительно к разным обстоятельствам, чаще всего обозначало нерядовую женщину, обладающую расширенными полномочиями и возможностями.
Фарах единственной из трех жен Резы Мохаммеда получила титул "шахбану" (императрица) и была коронована в 1967 году. Она же родила иранскому монарху шахзаде, в смысле кронпринца, Резу Пехлеви-младшего. Тому, правда, не довелось посидеть на троне. Исламская революция не позволила.
1/3
Шах Ирана с женой и сыном во время визита. В руках мальчика модель советского спутника земли, 1964 год
© РИА Новости / РИА Новости
2/3
Иранская императрица Фарах Пехлеви во время небольшой паузы между официальными мероприятиями, 1968 год
© РИА Новости / Вячеслав Рунов
3/3
Частный визит иранской императрицы Фарах Пехлеви в Советский Союз. Встреча в аэропорту Внуково, 1970 год
© РИА Новости / Михаил Кулешов
Когда в Иране случилась принципиальная смена ориентиров, наследник престола как раз стажировался в США на военного летчика. Там он сейчас и проживает. Отлетав свое, Реза Пехлеви сосредоточился на политологии.
А теперь, извольте видеть, прямая и непосредственная связь истории с современностью. С началом текущего иранского кризиса Реза Пехлеви-младший стал с завидной регулярностью вещать в мировых СМИ, недвусмысленно намекая, что готов-де возглавить страну своих предков, реставрировать монархию, но только современную, продвинутую, конституционную, светскую.
Шахские мечтания он обильно пересыпает кондовыми американскими нарративами. Что и понятно, он же там вырос. А Вашингтон не упустил случая сформировать запасного, вполне лояльного правителя, если вдруг такой понадобится. Выпуск управляемых политических лидеров для стран третьего мира в США поставлен на поток.
Мы-то тоже в свое время мягко и ненавязчиво располагали наследника иранского престола к себе. Скажем, его папенька, ведя переговоры с советской стороной, брал с собой и шахзаде. А добрый генсек ЦК КПСС Леонид Брежнев находил это милым.
Мохаммед Реза Пехлеви был частым гостем в СССР. Иранского шаха в Кремле принимает Леонид Брежнев. 1972 год
© РИА Новости / Михаил Кулешов
В нашей стране иранский кронпринц бывал неоднократно. В нежном возрасте тут же получал в руки модель спутника Земли. Мальчонка млел от внезапной игрушки, как знать, может, именно тогда и появилась в нем тяга к полетам, так ловко потом перехваченная американцами.
В подростковом возрасте Пехлеви-младшего принимал у себя "Артек". У нас, когда удачно складывались обстоятельства, не стеснялись запустить программу "анти-Золушка". В смысле пригласить в пионерский лагерь заморскую принцессу, дать ей в руки швабру – пусть трудом облагораживается. Или наследного принца окунуть в пионерские будни, чтобы хоть немножко пожил как человек.
"Будьте готовы, ваше высочество!" – такой призыв к зарубежным отпрыскам монархических фамилий придумал для пионерских лагерей советский писатель Лев Кассиль. "Всегда готовы!" – по идее должны были отвечать всякие там заезжие принцессы или, допустим, шахзаде.
Помнит ли нынешний американский политолог и пропагандист Реза Пехлеви "Артек"? Может, и помнит, скорее всего, очень смутно. Понимает ли свое казачье происхождение? Это уже вряд ли. А жаль, крепкий мог бы получиться атаман для Ирана, с правильными установками, если бы американцы все не испортили.
1/3
Реза Пехлеви-младший. Внук казака, несостоявшийся монарх, бывший летчик, американский политолог
© Официальный сайт Фарах Пехлеви
2/3
Мохаммед Реза Пехлеви. Сын казака, изгнанный из страны шахиншах
© Официальный сайт Фарах Пехлеви
3/3
Реза Пехлеви. Казак, монарх, основатель правящей династии Ирана
© Официальный сайт Фарах Пехлеви
Вы же в курсе, что история не знает сослагательного наклонения? Это чистая правда. Зато она знает, как хитро, удивительно и неподражаемо в ней все переплетено и взаимосвязано. Причем нередко, самые несовместимые, казалось бы, явления. Сами судите – Стенька Разин с персидской княжной, Грибоедов с алмазом "Шах", казачья дивизия в Персии и глобальный мировой кризис начала второй четверти XXI века... И все это только на одном примере Ирана. Или Персии, если вам так удобнее называть.
Руслан Мармазов
