Пластуны – разведчики. Как появились зарисовки кубанских казаков
Пластуны – разведчики. Как появились зарисовки кубанских казаков
В экспозиции Центрального музея российского казачества при Государственном историческом музее в мультимедийном формате представлены портреты кубанских... Российское казачество, 23.10.2026
В экспозиции Центрального музея российского казачества при Государственном историческом музее в мультимедийном формате представлены портреты кубанских казаков-пластунов – георгиевских кавалеров, отличившихся на фронтах Первой мировой войны.За каждым портретом стоит история мужества, военной смекалки и особого боевого мастерства. Чем пластуны отличались от других казаков и какой вклад они внесли в победу русской армии – в нашем материале.Подкрасться незаметно, застать врага врасплох и вернуться с ценными сведениями – такова была одна из главных задач пластунов. Само название происходит от слов "ползти пластом", то есть на животе.Эта тактика зародилась на Кавказе, где казакам приходилось противостоять горцам, умело использовавшим внезапные нападения и засады. Чтобы успешно воевать в таких условиях, казаки перенимали у противника не только боевые приемы, но и элементы одежды, удобные для походов и сражений. Среди них – черкеска с газырями – карманами для патронов, а также мягкие сапоги-ноговицы.В пластуны отбирали смелых и выносливых бойцов, способных незаметно подобраться к неприятельским позициям, разведать обстановку и внезапно атаковать. Их появление нередко становилось для противника полной неожиданностью.Пластунские команды начали формировать в частях Кавказского корпуса, а позднее подобные подразделения появились и в осажденном Севастополе во время Крымской войны.Со временем пластуны стали штатными подразделениями казачьих частей Русской императорской армии. Они участвовали в войнах вплоть до Первой мировой, где их навыки оказались особенно востребованы. В условиях позиционных сражений разведывательные вылазки помогали не только захватывать оружие и брать пленных, но и добывать сведения о расположении и силах противника.Такая информация имела огромное значение для планирования военных операций. Например, данные разведки помогли русскому командованию подготовить наступление на турецкую крепость Эрзерум на Кавказском фронте, а также разработать планы операций на Юго-Западном фронте, кульминацией которых стал знаменитый Брусиловский прорыв 1916 года.От боевого подвига – к музейному портретуВ 1911 году была создана Трофейная комиссия "для описания боевых трофеев русского воинства и старых русских знамен".В ее задачи входило сохранение памяти о героях и их подвигах. С началом Первой мировой войны круг ее функций расширился: в августе 1914 года комиссия собирала сведения о георгиевских кавалерах, в том числе зарисовывала их портреты.Для этого при комиссии организовали художественно-фотографическое отделение. Его сотрудники выезжали на фронт, собирали свидетельства о боевых заслугах солдат и офицеров, делали фотографии и зарисовки героев. С 1915 года такие поездки проходили под руководством известного художника-баталиста Николая Самокиша. В составе одной из выездных бригад работал и художник Михаил Мизернюк.Во время поездки на Юго-Западный и Кавказский фронты в 1916 году Михаил Мизернюк зарисовал портреты кубанских казаков-пластунов – георгиевских кавалеров из пластунских батальонов Кубанского казачьего войска. Благодаря этой работе до наших дней дошли не только сведения об их военных заслугах, но и изображения самих героев.Собранные материалы планировалось использовать для создания музея Великой войны. Однако революционные события 1917 года помешали осуществлению замысла. В 1918 году, во время наступления германских войск на Петроград, часть материалов Трофейной комиссии эвакуировали в Москву и передали на хранение в Исторический музей. С 1927 года он носит название Государственного исторического музея.Сегодня мультимедийные портреты кубанских казаков-пластунов, представленные в экспозиции Центрального музея российского казачества, возвращают зрителям имена и лица героев Первой мировой войны.
В экспозиции Центрального музея российского казачества при Государственном историческом музее в мультимедийном формате представлены портреты кубанских казаков-пластунов – георгиевских кавалеров, отличившихся на фронтах Первой мировой войны.
За каждым портретом стоит история мужества, военной смекалки и особого боевого мастерства. Чем пластуны отличались от других казаков и какой вклад они внесли в победу русской армии – в нашем материале.
Подкрасться незаметно, застать врага врасплох и вернуться с ценными сведениями – такова была одна из главных задач пластунов. Само название происходит от слов "ползти пластом", то есть на животе.
Эта тактика зародилась на Кавказе, где казакам приходилось противостоять горцам, умело использовавшим внезапные нападения и засады. Чтобы успешно воевать в таких условиях, казаки перенимали у противника не только боевые приемы, но и элементы одежды, удобные для походов и сражений. Среди них – черкеска с газырями – карманами для патронов, а также мягкие сапоги-ноговицы.
В пластуны отбирали смелых и выносливых бойцов, способных незаметно подобраться к неприятельским позициям, разведать обстановку и внезапно атаковать. Их появление нередко становилось для противника полной неожиданностью.
Пластунские команды начали формировать в частях Кавказского корпуса, а позднее подобные подразделения появились и в осажденном Севастополе во время Крымской войны.
Со временем пластуны стали штатными подразделениями казачьих частей Русской императорской армии. Они участвовали в войнах вплоть до Первой мировой, где их навыки оказались особенно востребованы. В условиях позиционных сражений разведывательные вылазки помогали не только захватывать оружие и брать пленных, но и добывать сведения о расположении и силах противника.
Такая информация имела огромное значение для планирования военных операций. Например, данные разведки помогли русскому командованию подготовить наступление на турецкую крепость Эрзерум на Кавказском фронте, а также разработать планы операций на Юго-Западном фронте, кульминацией которых стал знаменитый Брусиловский прорыв 1916 года.
От боевого подвига – к музейному портрету
В 1911 году была создана Трофейная комиссия "для описания боевых трофеев русского воинства и старых русских знамен".
В ее задачи входило сохранение памяти о героях и их подвигах. С началом Первой мировой войны круг ее функций расширился: в августе 1914 года комиссия собирала сведения о георгиевских кавалерах, в том числе зарисовывала их портреты.
Для этого при комиссии организовали художественно-фотографическое отделение. Его сотрудники выезжали на фронт, собирали свидетельства о боевых заслугах солдат и офицеров, делали фотографии и зарисовки героев. С 1915 года такие поездки проходили под руководством известного художника-баталиста Николая Самокиша. В составе одной из выездных бригад работал и художник Михаил Мизернюк.
Во время поездки на Юго-Западный и Кавказский фронты в 1916 году Михаил Мизернюк зарисовал портреты кубанских казаков-пластунов – георгиевских кавалеров из пластунских батальонов Кубанского казачьего войска. Благодаря этой работе до наших дней дошли не только сведения об их военных заслугах, но и изображения самих героев.
Собранные материалы планировалось использовать для создания музея Великой войны. Однако революционные события 1917 года помешали осуществлению замысла. В 1918 году, во время наступления германских войск на Петроград, часть материалов Трофейной комиссии эвакуировали в Москву и передали на хранение в Исторический музей. С 1927 года он носит название Государственного исторического музея.
Сегодня мультимедийные портреты кубанских казаков-пластунов, представленные в экспозиции Центрального музея российского казачества, возвращают зрителям имена и лица героев Первой мировой войны.
